Вознесенский, Андрей Андреевич

Сын научного работника. Получил образование в Московском архитектурном институте (1957). В 1960 году был принят в Союз Писателей.

Дебютировал с оригинальными стихами в конце 1950-х гг. Первую же поэтическую книгу опубликовал в 1960 году. Критики писали о раннем творчестве Вознесенского: «Он пишет размашисто, безоглядно, безудержно, порой опрометчиво… Подчас он не заботится об укреплении своих позиций, веря, что его поймут и с полуслова» (Маршак С. Я. Молодым поэтам. — 1965. — С. 242). Схожим образом поэтику Вознесенского оценивали и другие критики и, в частности, указывали на характерную для его лирики сложно организованную метафорику: «Этот вихрь диковинных образов останется кучей нелепиц для читателя, который сразу не овладеет особым языком поэтических метафор Вознесенского» (Эткинд Е. Г. Разговор о стихах. — 1970. — С. 151). Литературную известность же, наряду с Б. А. Ахмадулиной, Е. А. Евтушенко, Р. И. Рождественским и Б. Ш. Окуджавой, получил в начале 1960-х гг., в том числе благодаря публичным исполнениям своих стихов. Впоследствии стал одним из важнейших героев позднесоветской популярной культуры: многие из стихотворений Вознесенского впоследствии были положены на музыку («Плачет девочка в автомате», «Миллион алых роз» и др.). В этой связи нередко подвергался критике одновременно и в официальном, и в андеграундом культурном поле. 

Исследователи, характеризуя место Вознесенского в истории литературы, настаивали на его типологической связи с авангардной литературной традицией и даже называли поэта «главой нового авангарда, безоглядным новатором, преодолевшим традицию лирики вечных тем и медитаций… обратившимся к наследию футуристов и близких к футуризму поэтов» (Баевский В. С., Романова И. В., Самойлова Т. А. Тематические парадигмы русской лирики XIX—XX веков. — 2004. — С. 464). Ориентируясь на авангардные литературные модели, активно экспериментировал не только с поэтической лексикой, но и с различными стиховыми формами, в том числе и с визуальной поэзией. Помимо стихов, писал также и прозу («Прорабы духа»). Отмечалось, что в своих прозаических сочинениях Вознесенский, среди прочего, делал попытки воспроизводства поэтического принципа построения текста: «можно заметить ход взаимовлияния: стих настраивает по прозе свою речевую раскованность, а проза перенимает у стиха образность и лаконичность высказывания» (Новиков В. И. Открытым текстом (Поэзия и проза Андрея Вознесенского). — 1986. — С. 176).

Периодически выступал в печати и как переводчик. Переводил американских (Р. Лоуэлл), немецких (Г. Гейне), венгерских (А. Йожеф), румынских (Т. Аргези) и грузинских (О. Чиладзе, И. Нонешвили) поэтов. Среди прочих других переводов, выполненных Вознесенским, выделялись также и сонеты М. Буонаротти, посвященные Данте. Советские критики писали об этих переводческих работах: «Я не сказал: „Вознесенский переводит“. У него другая, своя задача. Он представляет не итальянский оригинал, а свое видение темы с оглядкой на чужой текст и не без стилизации» (Озеров Л. А. Рабочие тетради переводчика. — 1990. — С. 111). Позднейшие исследователи, так же отмечая «более или менее глубокие лексико-семантические трансформации», которым Вознесенский подверг тексты Буонаротти, находили в переводческих решениях поэта и своего рода идеологические основания и, в частности, задачу «идеализации положение изгнанника… подобающим культурному и просвещенному человеку» (Джулиано Д. Тема изгнания в русских переводах дантовских сонетов Микеланджело в XX веке. — 2021. — С. 176).

За свое творчество был отмечен целым рядом наград и премий, причем как советских и российских, так и иностранных. В последние годы страдал от болезни Паркинсона. Скончался в 2010 году.